Версия для печати
Пятница, 29 апреля 2016 08:55

Праведники живут вовек

Оцените материал
(0 голосов)

15 мая исполняется два года со дня преставления схимонахини Феодосии (в миру – Натальи Косоротихиной), скопинской прозорливой старицы-утешительницы. В издательстве «Зерна» (г. Рязань) готовится к изданию книга Игоря Евсина с рассказами о скопинской старице. Публикуем одну из ее глав.
Буквально за несколько дней до поездки на родину матушки Феодосии я подумал: «Опять куролесить придется. По деревням ездить, искать тех, кто лично знал матушку. А у меня спина болит… Господи, помилуй». А потом сделал удивительное открытие. Из научной этнографической книги «Русский праздник» я узнал, что слово «куролеса» означает «Кирие элейсон» (в переводе с греческого «Господи, помилуй»). В народе часто переиначивают иностранные слова. Так произошло и с «Кирие элейсон». Ошеломительное открытие! Ведь в словарях русского языка слово «куролесить» означает «шалить, озорничать». А что же на самом деле? А на самом деле оно означает – обходить поля с пением «Господи, помилуй». Так в старину поступали русские крестьяне, обходя по весне свои поля со святыми иконами и зажженными свечами. Где возможно, ходили крестным ходом, с хоругвями и свершением молебна на урожай, а где-то ходили со святой куролесой, то есть с пением «Господи, помилуй».
Открытие значения слова «куролеса», «куролесить», меня не только удивило, но и умилило. Ведь в деревне, где я родился, «куролесить» означало не только «озорничать», но и «блуждать, ходить кругами». Откуда же это «хождение кругами», как не от обхода полей с пением «святой куролесы»? Значит, и мои предки с молитвой «Господи, помилуй» выращивали урожай на полях. А теперь вот настало мое время. И мне надо выращивать свой урожай. Выращивать словесный урожай книги о скопинской старице с молитвой «Господи, помилуй»…
Часто болеющая и малоразговорчивая (особенно с чужими людьми) Матрена Егоровна Лобчикова рассказала мне о детстве матушки Феодосии. Она оказалась практически сверстницей матушки и даже дружила с ней в детстве. К тому же ее дом был по соседству с домом Косоротихиных. И потому я в подробностях узнал о детстве матушки Феодосии.
Закончив свой рассказ, Матрена тяжело вздохнула: «А вот про аварию, в которую Наталья попала, я мало чего знаю. Говорят, машина песок перевозила, на кузове, на песке бабы сидели, Наташа, да ее сестра Ольга. Машина на крутом повороте около села Пупки в кювет упала. Всех песком засыпало, еле выбрались. Про это Анатолий Иванов знает. Он тогда был при этой аварии. Анатолий в Пупках живет, недалече от того места, где машина перевернулась. Съезди к нему, поговори».
Я поблагодарил Матрену Егоровну за рассказ и поехал в село Пупки.

Диво-дивное
Село Пупки находится между Велемьей, где родилась матушка Феодосия, и поселком Октябрьский, в котором она жила. По местному преданию, его название образовано от слова «пупок».
– Вокруг низина, болота, – говорят старожилы, – а здесь место высокое, как пупок, выпячивается. Вот и назвали село таким словом.
В селе Пупки стоит полуразрушенное деревянное здание Покровской церкви. Это единственный сохранившийся в Скопинском районе деревянный храм, который является объектом культурного наследия регионального значения. Когда-то деревня Велемья была причислена к приходу этого храма. Закрыт он был вскоре после рождения Натальи Косоротихиной, в конце 1930-х годов.
Недалеко от этого храма, который стоит в стороне от главной дороги, и случилась та страшная авария, в которой Наталья получила такую тяжелую травму, что потом всю жизнь не могла двигаться.
В Пупках дом Анатолия Иванова я нашел не сразу. Опять-таки пришлось покуролесить. Но вот я у него в гостях. Познакомился и сразу спросил:
– Скажите, вы видели, как перевернулся грузовик, на котором ехала Наталья Косоротихина?
– Да где ж я видел? Я около Пупок в поле был, на тракторе работал. Прибежали ко мне из села Пупок, говорят, ехай скорей, машина перевернулась, вытаскивать ее надо. Я тогда подцепил машину к трактору и приподнял ее. Вытащили из песка Наталью и в больницу отправили. А больше-то я ничего и не знаю. Как там было дальше, что там было? Не могу сказать…
Здесь к нашему разговору подключилась Мария – жена Анатолия.
– Ты, милок, – сказала она, обращаясь ко мне, – про это других поспрошай. Может, кто из родных матушки Феодосии чего знает.
– А вы, Мария, знали матушку?
– Как не знать, конечно, знала. Если б не она, Толя, мой муж, давно на том свете был бы.
– Почему?
– С ним однажды паралич случился. Я как раз дома была. Он как грохнулся на пол и все! Лежит как мертвый. Что делать? Меня прямо затрясло. Я закричала, ой как я закричала: «Матушка Феодосия, помоги, спаси моего мужа! Как я без него жить буду?» И вдруг сразу успокоилась. Меня будто надоумил кто-то, что надо делать. Раскрыла Толе рот, засунула туда пальцы, он кашлянул, потом отхаркнулся и встал живой. Да еще ругается на меня: «Чего это ты, мол, со мной делаешь?» Ну вот… Пришла я потом к матушке, а она прямо с порога спрашивает: «Ну как твой Толя? Живой? За ним ведь смерть приходила». «Живой, – говорю, а сама думаю, – откуда она знает про Толю? Вот диво-дивное…» Это я потом только вспомнила, что сама кричала: «Матушка Феодосия, помоги!» Вот какая матушка была.
Поговорил я с Анатолием и Марией и поехал дальше. Мне надо было увидеться еще с одной старушкой, которая хорошо знала матушку. Прежде решил заехать на могилку к матушке Феодосии, еще раз попросить ее помощи. И вдруг в пути у меня так разболелась спина, что я подумал: «Может, это знак, что я не своим делом занимаюсь? Может, оставить все? Ну куда я лезу со своим слабым духовным и телесным здоровьем?» Приехал к матушке Феодосии на могилку. Поклонился. «Матушка, – говорю, – я хочу все оставить. Мне тяжело ездить, спина болит. Управь сама, как мне быть. Подай знак». Знака, конечно же, никакого не последовало. Да я и не ожидал его. Просто от усталости, наверное, вырвались у меня такие слова. Я даже пожалел о них, ведь решил же делать то, что могу делать, а там пусть будет, что будет. Да и спина моя… год уже болит, привыкнуть пора…
После этого со святой куролесой («Господи, помилуй») я сел за руль и поехал к бабушке, с которой должен был встретиться. И вот у нее произошла со мной необыкновенная, прямо-таки удивительная история.
Чтобы не давать повода беспокоить бабушку, у которой я побывал, или, как сейчас модно говорить, не делать ей рекламы, я назову эту бабушку условным именем – Екатерина.
Итак, приехал я к Екатерине, близко знавшей матушку Феодосию. И вот о чем она мне поведала:
– Помню я один необъяснимый случай. Прихожу к ней как-то и говорю: «Матушка, у меня муж заболел. Со спиной что-то. Прямо мучится от болей. Стонет и стонет». А она мне говорит: «Ты его, рабушка, и сама вылечишь. Придешь домой, положишь его на кровать и своей рукой вылечишь». – «Какой рукой? Что я могу? Откуда я могу знать, что делать надо». – «Твоя рука сама подскажет, где болезнь и что делать надо. А ты только молись, все время молись». – «Нет, я не могу лечить». – «А ты попробуй». Да так настойчи-
во она мне все это сказала, что я послушалась матушку. Пришла домой, раздела мужа по пояс и положила на кровать животом вниз. Стала молиться, провела рукой по спине и тут же обнаружила его болячки. Рука их сама нашла. Молюсь дальше, а рука – хрым, хрым – и разгладила болячки. И встал мой муж здоров-здоровехо-нек. Диво-дивное! А мне-то каково? Ни с того ни с сего лекаркой стала. Боязливо…
Подивился я этой истории и говорю:
– Я к вам с могилки матушки приехал. Попросил ее помочь здоровье поправить.
– А что у тебя болит? – спросила Екатерина.
– Спина.
– Ну, не знаю… Давай посмотрю, может, помогу. Снимай рубаху, ложись на кровать.
Я лег, Екатерина провела по спине рукой и нажала на место под лопаткой.
– Нашла вроде… Вот где у тебя болит, – сказала она и помяла пальцами больное место. Я почувствовал некое жжение.
– Ну, дай Бог, все у тебя хорошо будет.
Екатерина угостила меня чаем, поговорили еще о матушке и стали прощаться. Я встал из-за стола и вдруг заметил, что болей в спине нет… Но ничего не сказал я Екатерине, отправился в путь, домой, в Рязань.
Какая же тяжелая дорога была до Рязани! В лобовое стекло летел мокрый снег, видимость очень плохая, а на дороге гололедица. Едешь – там авария, тут авария, там машина на обочине, там – в кювете. Опять ехал со святой куролесой. Весь путь молился: «Господи, помилуй». Слава Богу, доехал благополучно. И вот какое дело. После таких поездок у меня непременно обостряются боли в спине. Всегда. Я потом дня два отхожу, отлеживаюсь. А тут приехал, а спина не болит. Выспался – и наутро был готов к поездке. «Диво-дивное…» – вспомнились мне слова бабушки катерины. Какая же ты скорая на помощь, матушка Феодосия! Слава Тебе, Господи, что по ее молитвам Ты спинку мою подлечил…
Игорь Евсин

Прочитано 1127 раз
1