Четверг, 06 апреля 2017 07:00

На полдороге…

Оцените материал
(0 голосов)

Улицу, на которой я родилась, любила всегда. Это старинная рязанская улица, никогда не менявшая название. На Затинной – две церкви и украшение всего города – Казанский Явленский женский монастырь. Окна пятиэтажки, в которой я прожила долгие годы, выходят на монастырские здания. Перед моими глазами проходило и разрушение, и возрождение обители. Теперь я прихожанка этого монастыря и всей душой полюбила высокие своды собора, росписи, прекрасную акустику, доброе и приветливое отношение игуменьи ко всем прихожанам.

Все, кто хоть раз побывал на службах в Казанском монастыре, стараются сюда вернуться. Как скульптор, с усердием и большой ответственностью я работала над Поклонным крестом и надвратной иконой Богородицы, которая теперь встречает и провожает всех молящихся. Судьба обители стала неотъемлемой частью моей жизни.

История Казанского женского монастыря восходит к XVI веку. За долгие годы монастырь переносился с территории Рязанского кремля на окраину города, перестраивался, расстраивался и к середине XIX столетия стал одним из самых красивых, известных и богатых монастырей Рязани. Некрополь монастыря считался одним из значимых кладбищ. Здесь находили свой покой не только насельницы, но и заслуженные, именитые горожане, представители древних дворянских родов. Среди них вице-губернатор и поэт Николай Максимович Княжевич; граф М.Д. Бутурлин – потомок русского воеводы, присоединившегося к ополчению К.З. Минина и Д.М. Пожарского, автор уникальных автобиографических «Записок графа М.Д. Бутурлина», один из возможных прототипов образа Евгения Онегина; губернатор П.С. Кожин.

1917 год стал самой страшной и трагической вехой не только для монастыря Рязани, но и для всей России. Монастырские стены, в которых несколько веков звучала молитва, в начале ХХ века огласились стенаниями страдальцев, согнанных со всей России. В течение десятилетия монастырь был пересыльной тюрьмой для русских офицеров, священнослужителей, диссидентов. Заключенных называли «лишенниками». «Население Рязани очень сочувственно относилось к лишенникам», – пишет о концлагере в женском Казанском монастыре Рязани А.И. Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ». А вот что писал о пребывании в рязанском концлагере Сергей Нестеровский, 25-летний русский офицер, служивший в деникинской армии, арестованный 25 февраля 1921 года: «Третий день голодаю. Злые мысли-собаки кусают душу… От мук голода утончаюсь духовно. С особой голодной чуткостью воспринимаю каждый внешний штришок жизни…»

Монастырский храм долгие десятилетия ждал молитвы. После закрытия концлагеря здесь был дом для беспризорных, потом клуб красноармейцев, и только в 2006 году собор был передан в лоно Церкви.

В 2016 году монастырь отметил 10-летие своего возрождения. Жители города, долго не бывавшие на улице Затинной, не верят своим глазам: вместо огромной свалки и старых сараев – ухоженная территория. Собор отреставрирован благодаря ктитору Михаилу Викторовичу Мартынову и содержится стараниями матушки игуменьи Анны и немногочисленных насельниц.

Хотя часть монастырских зданий до сих пор сохранилась и, казалось бы, есть место для келий послушниц и монахинь, но 90-е годы ХХ века внесли свои коррективы, и большая часть зданий превратилась в частную собственность. В единственном корпусе ютятся все хозяйственные службы монастыря, трапезная, воскресная школа, кельи.

Хочется остановиться на двух объектах, которые тоже необходимо передать монастырю. Это надвратная церковь великомученицы Варвары с колокольней и дом эконома.

В XIX веке колокольня с надвратной церковью была одной из самых красивых в Рязани. Она возвышалась над городом и своим величием перекликалась с колокольней Рязанского кремля. В начале ХХ века одноярусная колокольня была снесена, а церковь превращена в жилой дом. До сих пор здесь живут и справляют свои житейские нужды люди. Наверное, врагу не пожелаешь: всю жизнь, день за днем осквернять храм. Если бы чиновники понимали, на что они обрекают жителей такого дома…

Второй объект – это дом эконома. Небольшое очень уютное двухэтажное здание в глубине монастырской территории, рядом с остатками каменной монастырской стены и, что самое интересное, рядом с единственной уцелевшей угловой башней.

В 90-е годы здание было приватизировано, но это единственный объект из многих приватизированных зданий, который до сих пор не отреставрирован, даже не законсервирован. Очевидно, «хозяин» этой собственности не в состоянии содержать дом, если за 30 лет «владения» он не смог не только сохранить, но даже законсервировать строение. Конечно, дом эконома разрушается. Вопрос передачи такого объекта монастырю, видимо, еще сложнее, чем расселение квартир, расположенных в надвратной церкви, но его надо решать, иначе мы потеряем еще один объект исторического и культурного наследия. Нельзя останавливаться на полдороге. Мы и так уже многое потеряли!

Раиса Лысенина

Прочитано 1267 раз